02:35 

Сэр Чи
Лежал в ванне с хвойной солью. Ощущения необычные. Непривычно. Но здорово.
Мама шутит, говоря, что у нас с ней не совпадают световые дни. На самом деле не так уж и шутит: пока она спит, я работаю, и наоборот.
Я встаю поздно утром, лениво читаю хорошую японскую прозу, лениво готовлю себе овощи, вывожу собаку, лениво выбираюсь куда-нибудь: к родственникам, в гости к друзьям. Возвращаюсь со светских сношений поздно вечером. Тогда же приходит и мама.
Мы наспех съедаем какую-нибудь дрянь: магазинную сырную пиццу, пирожки или салат, каждый — в своих мыслях. Мама обдумывает сегодняшние дела, а я — предстоящие. Она со зверями уходит спать, а я с десяти-одиннадцати до трёх-четырёх занимаюсь своими делами. Читать научную или художественную литературу к университету почти не могу: сил нет. Ничего учебного просто не идёт, разве только с иероглифами нормально.
Зато текст пишется как бешеный: строчу по тысяче-две слов за ночь. Меня очень радует такая продуктивность: она и опустошающая и наполняющая одновременно. Вот и сейчас Н. вычитывает вчерашнюю часть, а я почти что заканчиваю свежую.
В наушниках что-то хорошее: неизвестный язык плавно и медленно, очень тихо звучит под крики птиц, скрип веток и лёгкую-лёгкую музыку.
Очень хочется пересмотреть что-нибудь Миядзаки-сана.
Какая-то напряжённость, страх, волнение не оставляет: всё кажется, что надо тут же читать всю литературу, писать курсовую вот прямо сейчас, а то — старая песня — выгонят, отчислят... Но что-то говорит мне, что я всё сделаю нормально, как и всегда.
Не хочется сладкого. Дома почему-то никогда не хочется сладкого. От этого хорошо.
Не так часто как обычно, но всё-таки играю на фортепиано.
Жду скорых дней одиночества, чтобы позвать В. на хороший фильм и просто продолжать в том же духе.

URL
   

Homo Doloris

главная