15:52 

Как тут не сдохнуть от радости?

15:47 

Мне пришло письмо из Питера.
Всё. Я на 80 % уверен, что дальнейшие лет 5 сложатся прекрасно. Ждём остальные двадцать (процентов, не лет).

На прозке один маленький пользователь поставил меня в список избранных.
А ВОТ ТУТ, ПОЖАЛУЙ, Я ГОТОВ ЛИТЬ СЛЁЗЫ СЧАСТЬЯ писать только ради этих немногих постоянных читателей, которые помогают мне и отдают в тысячу раз больше, чем я даю им. Дай боги, чтоб не удалил из избранных, я расплачусь.

После третьего-пятого августа я-таки намерен осуществить кампанию "Поросёнок Пётр едет в Украину", предчувствую, что будет весело, учитывая мой план на переезды по городам, а особенно планы на постоянное проживание хоть где-то (а именно их отсутствие).

Ну да до августа ещё дожить надо.

15:21 

Случайно нашлась ленточка выпускника, которая потерялась прямо в день последнего звонка.
Нашлась там, где ее никак не могло быть. Даже если предположить, что я в тот день был в некоем чуть более рассеянном чем обычно состоянии - я бы ее туда не положил.
ВОЗНИКАЕТ РЕЗОННЫЙ ВОПРОС.

18:30 

С днём рождения меня

16:11 

Папе досталась ответственность толкать речь на последнем звонке от имени всех родителей. Подходит ко мне.
- Слушай, - говорит, - скажи: правильно ли я строю фразу?
- Давай, - говорю я, подключая свои скудноватые знания правил русского языка.
- В жизни полярных медведей наступают сложные дни... - начинает говорить отец.
:D

23:47 

Отражение.
Ты такое красивое отражение!
Я вижу тебя в таком прекрасном гладком зеркале, вижу родинку, волосы, глаза...
Но - вот незадача - не могу до тебя дотронуться.
Чувствую только холодное стекло.
Ведь тебя нет.
Ты только отражаешься в каком-то большом зеркале.
Ты ничто, только красивая проекция.

— —
Еще одно отражение.
Сколько их еще будет, прежде чем я смогу почувствовать тепло твоей руки?

22:32 

Я думал раньше, что после спуска идет подъем. Этот спуск в темноту кажется таким длинным, что такой подъем я могу и не осилить. Если он наступит, конечно.

13:53 

Мама, пытаясь утешить меня, пока я злюсь:
- Ну ничего страшного, у всех в голове есть свои тараканы... У тебя там не тараканы... у тебя там вурдалак.

21:18 

Я сидел на автобусной остановке и собирался поехать в лес.
На мне были черные лосины, черная же майка размера ХХХ с устрашающей надписью "ITALIA", болотно-зеленая куртяшка в стиле "я хожу по Амазонке двадцать лет, но так и не нашел еды". Волосы я собрал в растрепанный ветром хвост, левая рука была наполовину черная: несколько минут назад я рисовал углем, да. Как апофигей всей картины - тряпичные полукеды, когда-то имевшие потуги быть белыми.
Да, я был почти бомжом. Лес же, вы понимаете.
Полубомж читал себе книгу, когда по всей остановке разлетелся густой, сладкий аромат пудры, парфюма, геля для душа, крема для рук, дорогого тональника.
Я поднял глаза от фразы в книге и увидел маленькую девушку - вьющиеся волосы, татуаж на бровях, идеальный маникюр цвета моря. Легкая курточка, а ниже - стройные ноги в белых летних штанах, сквозь которые проглядывает кружевное белье.
Леди перехватила мой взгляд и внезапно улыбнулась.
Я улыбнулся в ответ, а она сказала:
- Не узнаешь?
Тут-то я и маленько тормознул.
С перекошенным лицом, пытающимся виновато улыбнуться, я покачал головой.
Мы перебросились парой фраз.
Я так и не понял, кто это был. Женственность, пришедшая укорить меня в человеческом облике?

21:46 

Восемь часов голода.
Полторы книги.
Два литра воды.
Пол-литра слез.
Тысяча-другая шагов.
Четверть истерики.
Две серии сериала.
Несколько слов.
Миллион мыслей.
Миллиард эмоций.
От меня.
До тебя.

21:08 

Где хочется спать?
Дома, на вписке, по выходным или утром в будни? В постельке под пледом, в палатке под звездами?
Мне очень хочется уснуть в поезде.
Уснуть и проснуться уже в другом месте.
считаю дни до момента, когда уже хоть куда-нибудь поеду.

21:57 

Я пишу статьи о силе воли, там меня читает аж двадцать с половиной человек, но при этом я не имею никакого понятия, как же в действительности следовать всем тем советам, которые даю другим, самостоятельно обитая на дне.
Записывать, уделять, делать, продумывать - от этих страшных слов хочется плакать и не хочется никуда выходить. Опять.
неужели было время, когда я находил радость от других вещей, вроде общения с людьми?
Не хочется плакать уже второй день, как и не хочется ехать в больницу, но еще один день сидения дома вряд ли поможет исправить ситуацию.
Я думаю о завтрашнем дне, я думаю о тебе, я думаю обо всем об этом - ииии мне становится еще хуже.
Неужели когда-то было по-другому?

21:42 

Послушал совета боевых товарищей.
Погулял вокруг дома в тех же злополучных очках. Очки все-таки лучше пухнущих глаз и пухнущего от температуры лица, откуда бы, казалось, температура?
Безо всякого понятия. Знать бы, как сделать жизнь лучше. Единственный способ, который я пока вижу - это вернуться в лето. Эх, помоги мне, дядя-врач, хоть ты и третий по счету, ну да бог троицу любит.

20:29 

Я полагаю, что лучший подарок родной тете на 48-летие - это большая, зеленая жаба.
48-летие, с ума сойти, моя тетя выглядит максимум на 40. Надо ей позвонить и сказать.
тетя сказала, что приободрилась. Неужели я еще могу кого-то ободрять, самостоятельно находясь на дне Мирового океана?
Так вот, жаба.
На самом деле, жаба - это моя голубая мечта, которая развеялась как дым после появления в доме толстой белой псины и толстого черного кота.
Боюсь, как бы на жабу не совершались покушения.
Ну не важно, моя жаба будет жить у тети, но для этого ее нужно купить.
Столичный магазин "Природа" обрадовал двумя обдолбанными кроликами и рыбиной, плавающей кверху брюхом.
На Жданах ситуация лучше, гораздо, - там есть тритоны, канарейки и целый аквариум с маленькими Энциклопедиями.
Жаб нету. Наверное, они вымерли как класс, оставшись только в белорусской чырвонай книге, но я все еще не теряю надежды.
А ведь еще идет 9-тое число, а вместо светлых мыслей я погружаюсь в третий круг ада. Дай бог и воля, чтобы завтра не было четвертого.

20:05 

Мне даже без разницы, что это уже никто не читает. Говорить в пустоту все-таки легче, чем молчать. Ах, как пафосно вышло

Ночь и день вышли нервные. Плохие.

Проснулся в 6-30 и понял, что дело плохо. В голове еще мелькали остатки про зиму, ночь и время, когда у меня все было в порядке. К доме подъехало такси, а за рулем сидела женщина, чем-то похожая на женщину с кандибобером. Она сказала нам садиться, но тут заиграл фортепианный риф, под который я проснулся и посмотрел на унылый серый свет за окном. Умываясь и отправляясь обратно в постель, я все думал: "куда же нас хотела увести эта женщина-интернационал?"
Потом мне снились Гавайи, или Бангкок. Я мазал батон маслом и клал сверху кусок молочной шоколадки - девиации не покидают меня даже во сне.
Я проснулся от указаний выйти на почту и отксерокопировать паспорт. Соврал, что поучился и почитал - боже, полдень, а я даже не вышел дальше одеяла.
Взгляд в зеркало - ох шит, господь за что.
Пришлось одевать очки в пол-лица, я думаю, почтовая женщина подозревала, будто я квасил всю ночь. Если бы, мадам, если бы, хотя хрипящий голос только подтверждал эту прочную теорию.
До четырех я решил посмотреть увлекательные сны, или хотя бы просто не вставать, чтобы не входить в гостинично-кухонное пространство. То есть пол суток без еды и без воды, но потом все, конечно, сорвалось.
Как уже третий день у меня распирает живот, голову, глаза опухли, о господи я на самом днище.
Только счастливые и активные люди навещают меня в интернете, но они не радуются моему обществу, а я от их присутствия хочу только зарыться еще глубже.
Мне обещают еще одного врача, а рядом сидит мама и говорит что-то про мармеладный комбинат, суточные поездки и радость Шенгена в паспорте, а я, за неимением аргументов, бросаюсь заготовленными фразами: "Да, верно, ну, если в этом есть смысл".

11:32 

Так, ладно. Дневник.
Живи, дневник. Дефибриллятор и пять кубиков внутримышечно.
Надо же мне куда-то фрустрировать.

Не люблю вечера пятницы.
Автобус, на котором я обычно схожу раньше, в этот раз везет меня до конечной. В нем остаются уезжающие – с сумками, чемоданами, на них походные куртки и блуждающая улыбка. Они раз в несколько секунд достают желтый блестящий билет и смотрят то на него, то на часы. Остаются встречающие – они беспрерывно говорят по телефону с теми, кто уже вот-вот сошел на близкой станции, или только собирается сойти. И остаюсь я.
Когда весь автобус дружно, целеустремленно отправляется вниз к переходу на вокзал, я остаюсь и сворачиваю направо, к химфаку.
Больше всего в вечерах пятницы мне не нравится ни два часа анабиоза и зевков с закрытым ртом, ни формулы, которых я не понимаю, ни слово «плюмбум», от которого хочется смеяться, ни жуткий запах концентрированной колбасы – больше всего мне не нравится необходимость видеть вокзал, и эти счастливые лица, и людей, которые кого-то ждут, или которых кто-то ждет на чужом перроне, и не иметь возможности быть с ними.

@темы: из головы, ИРЛ

11:15 

Наверное, дневник умер.

22:30 

28.01.2013 в 00:24
Пишет Entony Lashden:

После нашего расставания

от тебя остается:

запись в ежедневнике,
переписка смсками,
номер в мобильном телефоне,
билет из кино,
засушенные цветы,
письма, которые я показываю подругам,
три любимых песни,
один любимый фильм,
юбка цвета индиго,
пепельница на окне,
2 диска с электроклэшем,
лак для ногтей,
чашка в раковине,
документы в нижнем ящике стола.

А от меня

не остается ничего.
Ничего.

URL записи

11:01 

Шесть поездов за полгода

25

- Ты куда?
- К Кремлю пройдусь.
- Щас семь утра...
- Ну?
- Ладно, я спать. - Мама распаковывает сумку, и не спорит дальше, ибо мои завороты уже давно ни для кого не секрет.
Иду и думаю, значит, что у нас в это время уже давно светло, а тут еще ночь. У Кремля светлеет, и он охотно мне позирует, пока я пытаюсь его набросать методом слепого рисования. То есть, это когда так холодно, что ты особенно даже на бумагу не смотришь и тупо водишь карандашом, держа его в толстой рукавице.
Иду назад. Захожу в магазин выполнять программу покупок (поясняю - родственники возжелали российских сладостей)
- Дайте шоколадку такую-то, пожалуйста, - говорю.
- Есть желтая, зеленая, коричневая, фиолетовая и белая, - говорит мне по-цыгански колоритная продавщица.
Опа, думаю. Вопрос. Тыкаю пальцем в небо:
- Белую, пожалуйста. - Отсчитываю деньги, - извините, я ваши монетки не понимаю...
- Чего, приезжий? - так довольно дружелюбно интересуется продавщица.
- Ага.
- Откуда?
- Гренландия.
Продавщица берет на веру:
- А это где?
- Остров, - говорю, - такой.
- Маленький?
- Самый большой в мире, - отсчитала монеты.
- А-а-а... и чего, работать сюда?
- Нет, туристом. На три дня.
Продавщица как-то сразу добреет. Желает хорошего дня, я ухожу.

25

Сижу на большом окне. Смотрю на изнанку тверской. Делать нечего, рисую. Пачкаю руки грифелем, подоконник грифелем, майку тоже (благо, на ней не видно, вот я свинья).

26

Вечер. Эскалатор.
Мужик впереди меня смотрит такими большими наивными глазами, как смотрят только люди, носящие очки.
И точно. Говорит:
- Скажите, а я где?
- Маяковская, - отвечаю.
- А-а-а. А у меня очки сперли, гады. Вот была встреча выпускников... сперли, гады. А у вас чего с глазом?
- Лопнул, - говорю.
- Плохо. Это так просто не бывает. Нервничаете? - и не дожидаясь ответа: - нет, ну как вы без очков живете?
- Тяжело живем.
- А вы в Москве приездом, да?
- Да, турист.
- Вот, - говорит, - это вы меня обрадовали. Вижу - хороший человек, и точно знаю, что хорошим человеком и останется. Вы же симпатичный, очень, и единственное только - это вы красного пятна на глазу не заслуживаете. Не нервничайте.

@темы: ИРЛ

23:10 

Тыльная сторона ладоней на ощупь как наждачка, лицо почему-то опухло, шрамы от погоды побелели еще сильнее, и как финальный аккорд - лопнул сосуд на глазу, теперь левый глаз наполовину красного цвета. Красавчик такой, что не приведи господь :\

Homo Doloris

главная